хлеб для собаки почему

У прокопченного, крашенного казенной охрой вокзального здания, за вылущенным заборчиком — сквозной березовый скверик. В нем прямо на утоптанных дорожках, на корнях, на уцелевшей пыльной травке валялись те, кого уже не считали людьми.

Правда, у каждого в недрах грязного, вшивого тряпья должен храниться если не утерян — замусоленный документ, удостоверяющий, что предъявитель сего носит такую-то фамилию, имя, отчество, родился там-то, на основании такого-то решения сослан с лишением гражданских прав и конфискацией имущества. Но уже никого не заботило, что он, имярек, лишенец, адмовысланный, не доехал до места, никого не интересовало, что он, имярек, лишенец, нигде не живет, не работает, ничего не ест. Он выпал из числа людей.

Большей частью это раскулаченные мужики из-под Тулы, Воронежа, Курска, Орла, со всей Украины. Вместе с ними в наши северные места прибыло и южное словечко «куркуль».

Одни из них — скелеты, обтянутые темной, морщинистой, казалось, шуршащей кожей, скелеты с огромными, кротко горящими глазами.

Другие, наоборот, туго раздуты — вот-вот лопнет посиневшая от натяжения кожа, телеса колышутся, ноги похожи на подушки, пристроченные грязные пальцы прячутся за наплывами белой мякоти.

Кто-то, лежа в пыли, источая от своего полуистлевшего тряпья кислый смрад, брезгливо вытирал пальцы с такой энергией и упрямством, что, казалось, готов был счистить с них и кожу.

Но перед смертью кто-нибудь из кротких, кто тишайше грыз кору, вкушал мусор, вдруг бунтовал — вставал во весь рост, обхватывал лучинными, ломкими руками гладкий, сильный ствол березы, прижимался к нему угловатой щекой, открывал рот, просторно черный, ослепительно зубастый, собирался, наверное, крикнуть испепеляющее проклятие, но вылетал хрип, пузырилась пена. Обдирая кожу на костистой щеке, «бунтарь» сползал вниз по стволу и… затихал насовсем.

Взрослые об

Источник

"Трудный процесс пробуждения совести в рассказе В. Тендрякова "Хлеб для собаки".

Урок посвящается текстуальному анализу рассказа В.Ф. Тендрякова (1923-1984), который был опубликован в журнале «Новый мир» № 3 за 1988 год, «Хлеб для собаки».

«Доброе же дело не в том, чтобы накормить хлебом голодных, а в том, чтобы любить и голодных и сытых. И любить важнее, чем кормить и не любить».

(Определение смысловой, тематической, эмоциональной направленности текста, выделение его героев по названию произведения, имени автора, ключевым словам, предшествующей тексту иллюстрации с опорой на читательский опыт).

1. Первичное чтение проходило на предыдущем уроке и дома (выявление совпадений первоначальных предположений учащихся с содержанием, эмоциональной окраской прочитанного текста).

Медленное «вдумчивое» повторное чтение (всего текста или его отдельных фрагментов. Анализ текста.(приемы: диалог автора через текст, комментированное чтение, выделение ключевых слов).

Начиная с 1901 года Пикассо вырабатывает собственный стиль, который характеризует так называемый «голубой период» в его искусстве. Художник пишет исключительно в холодной, сине-голубой гамме. Персонажи его картин — нищие, больные или выброшенные из жизни люди.

Картина трогательна без сентиментальности, она глубоко человечна. Изображая худого, бледного, большеголового ребенка, голодного и одетого в рубище, художник не унижает его достоинства, но придает его образу тонкую поэтичность. В «Мальчике с собакой» проявляется высокий гуманизм Пикассо, составляющий главную черту всего его искусства.

Гумани́зм (от лат. humanitas — человечность, humanus — человечный, homo — человек) — мировоззрение, в центре которого находится идея человека как высшей ценности; возникло как философское течение в эпоху Возрожден

Источник

Рассказ «Хлеб для собаки» повествует о трагической судьбе русского крестьянства в период сталинских репрессий, весь ужас которых остался в памяти автора мрачным следом детских воспоминаний.

Хлеб для собаки

СОДЕРЖАНИЕ

У прокопченного, крашенного казенной охрой вокзального здания, за вылущенным заборчиком — сквозной березовый скверик. В нем прямо на утоптанных дорожках, на корнях, на уцелевшей пыльной травке валялись те, кого уже не считали людьми.

Правда, у каждого в недрах грязного, вшивого тряпья должен храниться если не утерян — замусоленный документ, удостоверяющий, что предъявитель сего носит такую-то фамилию, имя, отчество, родился там-то, на основании такого-то решения сослан с лишением гражданских прав и конфискацией имущества. Но уже никого не заботило, что он, имярек, лишенец, адмовысланный, не доехал до места, никого не интересовало, что он, имярек, лишенец, нигде не живет, не работает, ничего не ест. Он выпал из числа людей.

Большей частью это раскулаченные мужики из-под Тулы, Воронежа, Курска, Орла, со всей Украины. Вместе с ними в наши северные места прибыло и южное словечко «куркуль».

Одни из них — скелеты, обтянутые темной, морщинистой, казалось, шуршащей кожей, скелеты с огромными, кротко горящими глазами.

Другие, наоборот, туго раздуты — вот-вот лопнет посиневшая от натяжения кожа, телеса колышутся, ноги похожи на подушки, пристроченные грязные пальцы прячутся за наплывами белой мякоти.

Кто-то, лежа в пыли, источая от своего полуистлевшего тряпья кислый смрад, брезгливо вытирал пальцы с такой энергией и упрямством, что, казалось, готов был счистить с них и кожу.

Но перед смертью кто-нибудь из кротких, кто тишайше грыз кору, вкушал мусор, вдруг бунтовал — вставал во весь рост, обхватывал лучинными, ломкими руками гладкий, сильный ствол березы, прижимался к нему угловатой щекой, откр

Источник

У прокопченного, крашенного казенной охрой вокзального здания, за вылущенным заборчиком — сквозной березовый скверик. В нем прямо на утоптанных дорожках, на корнях, на уцелевшей пыльной травке валялись те, кого уже не считали людьми.

Правда, у каждого в недрах грязного, вшивого тряпья должен храниться если не утерян — замусоленный документ, удостоверяющий, что предъявитель сего носит такую-то фамилию, имя, отчество, родился там-то, на основании такого-то решения сослан с лишением гражданских прав и конфискацией имущества. Но уже никого не заботило, что он, имярек, лишенец, адмовысланный, не доехал до места, никого не интересовало, что он, имярек, лишенец, нигде не живет, не работает, ничего не ест. Он выпал из числа людей.

Большей частью это раскулаченные мужики из-под Тулы, Воронежа, Курска, Орла, со всей Украины. Вместе с ними в наши северные места прибыло и южное словечко «куркуль».

Одни из них — скелеты, обтянутые темной, морщинистой, казалось, шуршащей кожей, скелеты с огромными, кротко горящими глазами.

Другие, наоборот, туго раздуты — вот-вот лопнет посиневшая от натяжения кожа, телеса колышутся, ноги похожи на подушки, пристроченные грязные пальцы прячутся за наплывами белой мякоти.

Кто-то, лежа в пыли, источая от своего полуистлевшего тряпья кислый смрад, брезгливо вытирал пальцы с такой энергией и упрямством, что, казалось, готов был счистить с них и кожу.

Но перед смертью кто-нибудь из кротких, кто тишайше грыз кору, вкушал мусор, вдруг бунтовал — вставал во весь рост, обхватывал лучинными, ломкими руками гладкий, сильный ствол березы, прижимался к нему угловатой щекой, открывал рот, просторно черный, ослепительно зубастый, собирался, наверное, крикнуть испепеляющее проклятие, но вылетал хрип, пузырилась пена. Обдирая кожу на костистой щеке, «бунтарь» сползал вниз по стволу и… затихал насовсем.

Взрослые об

Источник

Эпиграф: «Глубоко убежден, что сражением нельзя внушить истину. Сражение не бывает без насилия, пусть даже духовного...» В.Тендряков.

В девяностые годы ХХ века в печати вышли произведения разных писателей, которые пролили свет на происходящие во время коллективизации трагические события. К таким произведениям относятся рассказы В. Тендрякова «Пара гнедых», «Хлеб для собаки». Автор повествует о действительно происходящих событиях, свидетелем или очевидцем которых он был. Однако ценность его рассказов не только в правдивом изображении минувшего, но и в том, что писатель воспроизвел нравственно-психологическую атмосферу тех «культовых лет».

1929 год. «Год великого перелома». Время сталинской коллективизации, которая стала преступлением против своего народа, «кромешным адом», «жестокой порой головотяпства», «вселенским геноцидом» (Б. Можаев), уничтожившим мужика, осиротевшим деревню и оставившим землю беспризорной.

В. Акуля - продает за бутылку сначала железо с крыши, а затем и всю избу, всё пропивает и с голыми детьми опять возвращается в баню.

А.Коробов - зависть (к уму, даже мудрости, рассудительности, отдаёт всё, чтобы сохранить жизнь, найдёт новое русло, пойдёт во власть);

У Тендрякова  именно эти три судьбы человеческих дают истинное представление, что есть по сути торжество социальной справедливости.

Рассказ заканчивается документальной репликой, сценой о том, что один из сосланных кулаков заберет у женщины грудного ребенка и размозжит ему голову.

Тендряков строит подлинную и достаточно полную картину отечественной истории. Он отказывается от изложения некой «правды» как от иллюзии обладания истиной. Он ищет, взыскивает истину вместе с читателем. Каким образом? Попробуем выяснить.

сколько раз в сутки щенок ходит туалет
Очень удачно, если щенка уже научили собака-мама или заводчик ходить на пеленку, газетку, или в лоток. Тогда новому владельцу остается лишь подсмотреть, где в первый день предпочтет устроить туалет малыш и сразу положит

Объясните, как создаётся образ времени в рассказе (музыка «Кудрявая, что ж ты не рада», частушки, веселье сквозь слёзы; слова Го

Источник

хлеб для собаки тендряков главные герои

Хлеб для собаки

Детство Владимира Тендрякова прошло в безрадостную эпоху послереволюционной России и сталинских репрессий, весь ужас которых остался в его памяти мрачным следом детских воспоминаний, составивших основу рассказа «Хлеб для собаки». Возможно, именно эффект детских впечатлений помог автору столь ясно и непредвзято описать события, происходившие в небольшом пристанционном посёлке, в котором и прошли первые годы его жизни.

А происходило там то же, что и во многих других подобных посёлках: раскулаченные «зажиточные» крестьяне, сосланные в Сибирь и не добравшиеся до места ссылки, были брошены умирать голодной смертью в маленьком березнячке на глазах у жителей посёлка. Взрослые старались обходить это ужасное место стороной. А дети… «Никакие ужасы не могли заглушить нашего зверушечьего любопытства», — пишет автор. «Окаменевая от страха, брезгливости, изнемогая от упрятанной панической жалости, мы наблюдали…». Дети наблюдали за смертью «куркулей» (так там называли «живущих» в березнячке).

Для усиления впечатления, производимого картиной, автор прибегает к методу антитезы. Владимир Тендряков подробно описывает ужасающую сцену смерти «куркуля», который «вставал во весь рост, обхватывал ломкими лучистыми руками гладкий сильный ствол берёзы, прижимался к нему угловатой щекой, открывал рот, просторно чёрный, ослепительно зубастый, собирался, наверное, крикнуть (…) проклятие, но вылетал хрип, пузырилась пена. Обдирая кожу на костистой щеке, „бунтарь« сползал вниз по стволу и (…) затихал насовсем». В этом отрывке мы видим противопоставление ломких, лучистых рук гладкому, сильному стволу берёзы. Подобный приём приводит к усилению восприятия как отдельных фрагментов, так и всей картины.

валера боксер и собака у валеры
Валера - боксер. И собака у Валеры - боксер. Зовут Гвоздь. Потому что ему забить на правила. Гвоздь живет у Валеры. Иногда у Гвоздя бывает такое страшное выражение морды, что мне очевидно, что это Валера живет у Гвоздя, а не

Вслед за этим описанием следует философский вопрос начальника станции, по долгу службы вынужденного след

Источник

Владимир Федорович Тендряков 1923 – 1984 русский советский писатель, автор остроконфликтных повестей о духовнонравственных проблемах современной ему жизни, острых проблемах советского общества, о жизни в деревне. «Хлеб для собаки» Сюжет Смысл названия рассказа Проблемы рассказа Авторское мировоззрение (позиция) Фамилия, имя, отчество Даты рождения и смерти Место рождения Тендряков Владимир Федорович 5 декабря 1923 года — 3 августа 1984 года Деревня Макаровская ныне Верхневолжского района Вологодской области Родители Отец, Ф. Тендряков, — народный судья, затем прокурор Основные факты биографии (до учебы в Литературном институте) После окончания школы ушел на фронт, был ранен и демобилизован; преподавал в школе военное дело, затем был секретарем райкома комсомола Образование В 1945 году приехал в Москву, поступил учиться во ВГИК на художественный факультет. В 1946 году перешел в Литературный институт им. М. Горького, который окончил в 1951 году. В студенческие годы начинает писать рассказы, часть из них публикуют журналы «Огонек», «Новый мир», «Наш современник» Профессия Писатель, прозаик, сценарист Произведения Повести «Падение Ивана Чупрова» (1953), «Не ко двору» (1954), «Ухабы» (1956), «Чудотворная» (1958), «Тройка, семерка, туз» (1960), «Суд» (1961), «Чрезвычайное происшествие» (1961), «Короткое замыкание» (1962), «Поденка — век короткий» (1965), «Находка» (1965), «Кончина» (1968), «Апостольская командировка», «Весенние перевертыши» (1973), «Три мешка сорной пшеницы» (1973), «Ночь после выпуск

Источник